Потому что если не любил, значит и не жил, и не дышал, — скальпелем врезается в сердечную мышцу Высоцкий.

«Если мяса с ножа ты не ел ни куска, 
если, руки сложа, наблюдал свысока, 
и в борьбу не вступил с подлецом, с палачом, 
значит в жизни ты был не при чем, не при чем…»
поднимает наш дух на великое, опасное, неизведанное.

«Никогда ничему не поверите,
Прежде чем не сочтете, не смерите,
Никогда никуда не пойдете,
Коль на карте путей не найдете.

И вам чужд тот безумный охотник,
Что, взойдя на нагую скалу,
В пьяном счастье, в тоске безотчетной
Прямо в солнце пускает стрелу»
пишет Гумилев, и отзываемся мы на этот зов смелости.

На зов дороги, неизведанного, дальнего, будоражащего кровь, на зов исследователей, смельчаков, отчанных сорвиголов, на зов детей в нас.

Тех детей, которые любили первую девочку или мальчика так, что сердце заходилось, которые разбивали в первый раз окна и сердце, которые клялись друзьм в верности кровью, которые мечтали вырасти и купить своей маме тысячу стиральных машинок, чтобы эти теплые родные руки почаще касались макушки, детей, полных смелости, любви, честности, доверия.

Но ребенку не выжить во взрослом мире, ему нужен заботливый и поддерживающий взрослый. И наращивая кольца лет, мы наращиваем такого взрослого на себе, сохраняя ребенка в сердцевине. 
Или не сохраняя.

«Ты что, дурак?». «Ты что, подумать не мог?», «Ты что, как маленький!». «О чем ты думал», «вот раззява», «когда ты уже вырастешь!», «вот молодец, совсем как взрослый!», «фу, что ты как ребенок».

Но «ребенок» внутри нас — это тот источник смелости, любви, чистых, ярких чувств и идеалов, которые будут питать нас всю жизнь, и которые наш же здоровый взрослый может оберегать.

Требовать от ребенка не быть ребенком — это требование смерти. Эти люди — ходящие кладбища детей внутри. Их можно легко узнать по этой старой знакомой песне:

«о чем она думала, когда замуж выходила?»
«они что, не понимали, что такое дети? Вон на любую площадку сходите, и увидите!».
«зачем рожать, если не готова».
«ну и зачем уехала все бросила? А теперь с чем осталась?».
«зачем согласилась?».
«зачем не подумала?»
«чего сразу не посчитала, не заключила брачный договор, не эмигрировала, не спрятала все деньги, не проверила по всем базам, не сделала аборт и не родилась 40 летней с высшим образованием в правильной поддерживающей стране и семье? А?

Потому что любила. 
Потому что была 17 летним юным человеком, потому что поверила, потому что чувствовала, потому что не знала, как обернется, потому что была живой!

Не поэтому сейчас плохо. Не потому, что внутри остался еще живой ребенок, способный на веру, смелость, любовь. А потому что снаружи вместо поддерживающих взрослых, которые утрут слезы, посадят на колени, и скажут «ты ни в чем не виновата. Ты такая прекрасная и ты любила, надеялась, и ждала другого. А получилось так. Это очень-очень горько. Как жаль, что тогда ге было никого, кто бы мог помочь, подсказать. Но теперь у тебя есть я, взрослая я, которая тебя не даст в обиду» — осуждающие поджатые губы колокольчиком «shame! shame! shame!».

Здоровье общества не в мертвых детях, а в заботливых взрослых. 
Хотите менять мир?

Скажите доброе ребенку. В себе. В других.
Мы все ими были.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *