Внутренний критик

В нашей маленькой группе в институте был Юрец. И вроде он не был и старше нас, но почему-то казался старше: высокий, худющий, щетинистый и всячески талантливый разгильдяй с отличным чувством юмора. У него был красивейший низкий голос, и он троллил наших ребят в столовке, произнося строгим громким басом над ухом Андрюхи или Вадимуса «Мальчик! Отдай маме булочку и прекрати баловаться!». Столовские тетки встрепенывались, как на команду, и озирали быстрым строгим взором на предмет балующихся мальчиков, нуждающихся в хорошем окрике. 
Юрец умер рано, ещё до моего отъезда. Сердце. 

Но я часто слышу его голос над ухом, особенно когда одна и где-то в дальнем мире. 
«Девочка! Ты что, потерялась? Где твои родители?» строго спрашивает голос свысока, и я оглядываюсь — как это я так, еду в какой-то электричке куда-то в поля под Манчестером, совсем одна. И я внимательно читаю названия станций, трижды перепроверяю маршрут, и волнуюсь, в тот ли поезд села. Меня накрывает паника маленького потерявшегося ребёнка, идущего по зыбким полузнакомым знакам в слишком большом и чужом мире. Меня, 43 летнюю тетку, объездившую 46 стран и имеющую врождённую топографическую стрелку внутри. 

«Девочка, сколько тебе лет? зачем ты заказала шампанское? Тебе мама разрешила?» строго вопрошает голос. 
И мне кажется, что официанты смотрят на меня, как столовские тетки, строго и осуждающе. 

«Девочка, а тебя отпустили одну? Это твоё место?» — недоверчиво хмыкает он. И я судорожно проверяю. Да, B45, вот билет. И сумка на месте. И ничего не забыла. 

Скоростной Virgin несет меня сквозь пасторали. 

Меня отпустили одну.
Это мое место.
И мне можно второй бокал шампанского.

Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *